>>>>

Центральное викариатство

города Москвы

Официальный сайт

МЕНЮ

Сентябрь 26, 2017

Интервью с протодиаконом Александром Киреевым

Старейший протодиакон Москвы Александр Киреев отметил в этом году 55-летие служения в священном сане. Последние 36 лет отец протодиакон служит в храме Воздвижения Креста Господня в Алтуфьево. В преддверии престольного праздника храма состоялась беседа с маститым священнослужителем. Читателю предлагается запись этого интервью.

– Отец Александр, расскажите, пожалуйста, о своём происхождении. У Вас есть в роду священнослужители?
Мама рассказывала, что у моей бабушки двое двоюродных братьев были священниками. А родной брат деда в юности уехал из сельской местности в Петроград, хорошо выучился музыке и стал управлять митрополичьим хором в 1920-е годы. Написал много нот. Его звали Киреев Поликарп Миронович. О нём есть статья в «Православной энциклопедии». К сожалению, ему не удалось избежать репрессий – он сидел в тюрьме. А когда вышел на свободу, то приезжал к моему деду – мы тогда жили в Домодедово Московской области. И скончался в 1950-е годы.
Слава Богу, мой сын стал священником, служит под Коломной. И внук мой сейчас учится в Московской духовной семинарии на 4-м курсе.

– А где Вы родились и выросли?
– В подмосковном Домодедово. Кстати, рядом с нами, в посёлке Востряково, жил Юра Епифанов – будущий митрополит Истринский Арсений. Будучи мальчиком, он часто бывал у нас в гостях. Моя двоюродная сестра была замужем за священником – протоиереем Владимиром Гонтарем, настоятелем храма в Коломенском. Он скончался в 2015 году. Отец Владимир рассказывал, как он познакомился с будущим владыкой Арсением. Он ездил из Домодедово на электричке. И вот однажды видит: сидит напротив юноша и читает «Журнал Московской Патриархии». Батюшка заинтересовался им, у них завязался разговор. Юра Епифанов тогда ездил из Востряково к своему духовному отцу протоиерею Алексию Байкову в Бирюлёво. А у отца Владимира было несколько дочек – невесты на выданье. Они имели виды на Юрия, но он выбрал монашескую стезю. Зато владыка Арсений стал крёстным отцом у одной из внучек отца Владимира.
С 9 лет я уже самостоятельно ездил в Москву. А первый раз я самостоятельно добрался из Домодедово в Измайлово, когда окончил первый класс. Мама мне подробно объяснила, как ехать на метро, где нужно делать пересадки. И вот, я приехал к бабушке. Дед на работе был. Она, увидев меня одного, спросила: «а где мама?». Я отвечаю: «А я один». Бабушка такие широкие глаза сделала: «как же так? Почему отпустила тебя одного?». Так что обратно меня уже с дедушкой отправила.
Когда я учился в школе, то по выходным всегда ездил в Измайлово. Приезжал в субботу вечером, в воскресный день шёл к ранней Литургии. В городе Домодедово не было ни одного храма в моём детстве. И я тогда мечтал: «ах, как было бы хорошо, чтобы и в нашем городе был храм!». И вот теперь мечта моего детства сбылась – такой величественный собор сейчас красуется в Домодедово! В честь всех святых, в земле русской просиявших. Владыка Ювеналий в одном из пасхальных поздравлений в адрес Святейшего Патриарха назвал этот собор «вторым Храмом Христа Спасителя». А сейчас уже в Домодедово целых шесть храмов стоит.
Что интересно, я пионером не был, и комсомольцем тоже. В 9-м или 10-м классе дважды проводили собрание по поводу принятия меня в комсомол. Я только молился, чтобы меня миновала эта участь. На удивление мой вопрос откладывали на самый конец, но так долго разбирали текущие вопросы, что оба раза говорили: «уже поздно, пора заканчивать собрание», так и не успев поговорить обо мне! А уж когда узнали, что я поступил в семинарию, то директора школы сняли… А ещё, как рассказывал двоюродный брат, несколько раз приходили к маме из горкома насчёт меня. Но всякий раз, когда приходили эти люди, мамы не было дома – она ездила к родителям, а я в Одессе находился. Так и не смогли ни разу застать её дома!
Учителя на официальных собраниях осуждали мой выбор, но, общаясь в своём узком кругу, наоборот, одобрительно высказывались, о чём стало известно моей маме. Но вообще на верующих в то время смотрели как на людей «второго сорта».

– Отец Александр, Вы упомянули о поступлении в семинарию. Давайте вспомним самые светлые годы нашей жизни – время учёбы. Вы же учились с очень интересными людьми, которые затем стали видными церковными деятелями. Расскажите о них, пожалуйста.
Четыре года я учился в Одесской духовной семинарии вместе с Виктором Сабоданом – будущим митрополитом Киевским и всея Украины Владимиром. И четыре года был у нас он старостой и самым примерным учеником. Впоследствии я всегда ездил на его День Ангела, день хиротонии, юбилейные даты – участвовал в богослужении. И когда владыка Владимир бывал здесь в Троице-Сергиевой Лавре, то всегда мне говорил: «Когда свободен, приезжай ко мне». Сожалею, что не смог поехать на его похороны из-за ситуации на Украине.
На каникулах я приезжал домой. В поезде попадались разные люди. Тем более, тогда сильно ощущалось атеистическое давление. Но я не скрывал, что учусь в семинарии. И вот, как-то еду я в купе: со мной ехали муж с женой и ещё один мужчина. Он пошёл в ресторан, там хорошенько «поддал», вернулся в купе и давай меня поносить. Хорошо, что те муж с женой заступились за меня, а то непонятно, чем бы всё это закончилось…
Во время учёбы в семинарии я был иподиаконом у одесских архиереев – сначала у владыки Никона (Петина), а затем у владыки Бориса (Вика) – Патриаршего Экзарха в Северной и Южной Америке.
А когда я поступил в Московскую духовную академию, Тульский архиерей запросил для себя двух иподиаконов, в том числе рекомендовали и меня. И я ездил весь год в Тулу, к владыке Антонию (Кротевичу). Он сидел на Колыме (1937-1942 гг.).
Потом был я иподиаконом, посошником, у владыки Никодима (Ротова). В книге митрополита Ювеналия (Пояркова) «Человек Церкви» есть фотография, где я стою с посохом рядом с владыкой Никодимом (с. 248). Он так и говорил всегда обо мне: «Саша – мой первый посошник». А когда владыка Киприан (Зернов) был возведён в епископа, то владыка Никодим рекомендовал меня ему в качестве старшего иподиакона. Так что на третьем курсе я иподиаконствовал у владыки Никодима, а на четвёртом – у владыки Киприана – он же меня и рукополагал. Что интересно, когда меня владыка Киприан рукополагал в день Рождества Иоанна Предтечи в одноимённом храме на Красной Пресне, там был в то время настоятель – старенький батюшка Димитрий Дегтярёв. И оказалось, что его отец – протоиерей Николай Дегтярёв был настоятелем в том храме, где служит сейчас мой сын – в селе Непецино! Вот как мир тесен!

– Отец Александр, а как Вы начинали свой диаконский путь, что Вам вспоминается из первых лет Вашего служения в священном сане?
В те времена только что рукоположенные священники не служили так называемые «сорокоусты», а их сразу отправляли на приход. Но так как у меня была хорошая практика служения иподиаконом, то, став диаконом, я твёрдо знал свои действия – никто мне ничего не подсказывал. С годами я выучил наизусть все ектеньи и диаконские возгласы, так что служить стал, не пользуясь служебником. Сейчас уже, по старости, длинный текст «Спаси, Боже, люди Твоя…» стал говорить по служебнику – память уже не та…
Так вот, меня назначили в Каширу на приход, где я прослужил 7,5 месяцев, и там при храме было два дома – один для священника, и один для диакона. А шёл 1962-й год – самый нажим на религию, у приходов стали забирать служебные автомобили и даже строения за пределами церковной ограды. Их стали превращать в коммунальные квартиры. Если священник был там прописан, то становился рядовым жильцом коммуналки. Прихожу я однажды после службы на квартиру, а она опечатана, так как я не был там прописан. Но в квартире остались мои вещи – пришлось ещё хлопотать, чтобы забрать их… Вскоре меня направили в другой храм.
После недолгого служения в Сретенском храме Новой Деревни Пушкинского района (2,5 года), я прослужил 13 лет в храме свв. Адриана и Натальи в Бабушкине. А потом меня перевели в мой «родной храм» Рождества Христова в Измайлово, где венчались мои родители, меня крестили. Там я прослужил 3 года.
В то время в этом храме служил отец Иоанн (Крестьянкин), который пришёл туда после войны. Когда я был ещё мальчиком, отец Иоанн ввёл меня в алтарь. Он знал всю нашу семью – и маму, и её сестёр. Поэтому каждый год вплоть до своей кончины отец Иоанн присылал мне поздравления с Рождеством Христовым и Пасхой. Я был у него несколько раз в Печорах.

– Отец Александр, можете ли Вы поведать какие-нибудь примеры прозорливости архимандрита Иоанна (Крестьянкина)?
– Однажды я приехал к нему со своим сыном, у которого было множество вопросов. Вот мы сели. Отец Иоанн ухватился за его коленочки и стал сходу говорить, а сын только хлопал глазами и глотал слёзы удивления и умиления от того, что отец Иоанн всё ему рассказал – всё, что было у сына на уме! Это был особенный старец…
Помню, отец Иоанн в измайловском храме устраивал беседы по четвергам, а за этим тогда следили. Видимо, был донос, и его отправили в ссылку.

– Недавно почил о Бозе архимандрит Кирилл (Павлов). Что Вы можете рассказать о нём?
– Вы знаете, в 29 лет у меня уже была язва желудка, я периодически лежал в больнице. А потом эта язва преобразовалась в первую стадию рака желудка. В 1984-м году в Балашихинской онкологической больнице мне сказали делать операцию. Но я боялся этого и полгода тянул. Обращался к участковому врачу с просьбой дать направление в Ессентуки, но получил отказ: мол, сиди дома. Меня это совсем огорчило. Ну, думаю, поеду к отцу Иоанну (Крестьянкину) – что он скажет?
Приехал я к нему в Псково-Печорский монастырь, рассказал всё о своей болезни. Отец Иоанн согласился, что плохо ложиться в больницу и, тем более, делать операцию. Но всё же спросил: «сколько тебе лет?». Я говорю: «Сорок девять». А он: «молодой, ещё надо жить. Ты вот, что сделай: пособоруйся, три дня подряд причастись и ложись с Богом. И когда назначат день операции, отправь три телеграммы старцам – отцу Иоанну, отцу Кириллу и отцу Науму». Их молитвами операция прошла успешно. Когда я приехал в Лавру, отец Кирилл увидел меня и говорит: «О, отец протодиакон воскрес!».
А вот другой батюшка, у которого тоже был рак желудка, – отец Андрей Селезнёв, – приехал к отцу Иоанну, а тот его встречает пением: «Со святыми упокой…». Отец Андрей ему: «Батюшка, я ещё пожить хочу!». А отец Иоанн отвечает: «А разве плохо быть со святыми?», и не благословил его на операцию. Через некоторое время отец Андрей скончался… А было ему 62 года.
Ещё моя тётя, которая жила в Измайлове, рассказывала мне: бывало, стоит на остановке и смотрит на отца Иоанна (Крестьянкина), а вид у него был необычный: высокий такой, в длинном плаще, с длинными кучерявыми волосами, в очках-пенсне, а взор устремлён к небу – значит, молится.

– Отец Александр, Вы уже 36 лет служите в Крестовоздвиженском храме в Алтуфьево. А перед этим Вам не позволяли долго оставаться на одном приходе. Вам как-то объясняли, с чем были связаны переводы из одного храма в другой?
– Ну, слава Богу, причины у меня были «неполитические». Из Каширы я сам попросился. А вот из храма Адриана и Натальи меня «подсидела» моя кума – многодетная матушка. Её супруг тогда был диаконом. А жили они в Клязьме. И кума добилась своего через Валентину Терешкову – чтобы её супруга перевели на моё место в Бабушкино, а меня направили в Измайлово. Святейший Пимен был недоволен этой ситуацией и долго не давал тому диакону награды. А было у него шесть сыновей и шесть дочерей, один из его сыновей – мой крестник.

– А Вас когда-нибудь вызывали в органы госбезопасности в советское время?
– Нет, никогда. Слава Богу! Но был один забавный случай, связанный с уполномоченным по делам религии. У него тоже была фамилия, как у меня – Киреев. И вот однажды в престольный день в измайловском храме, когда я там уже не служил, но приехал послужить на праздник, за трапезой сидел и уполномоченный Киреев. Вдруг он с серьёзным видом достаёт паспорт, показывает мои фамилию, имя, отчество (а фотографии не видно из-за пальца) и спрашивает: «Это Ваш паспорт?». Но я не растерялся и уверенно ответил: «нет, не мой – мой паспорт всегда при мне». Ну, тогда он палец убрал и показал свою фотографию. Я его спросил, откуда он родом, какие корни? Но оказалось, что мои родители из Липецкой области, а его – из Волгоградской.
Один раз меня всё же вызвали к уполномоченному по фамилии Плеханов. Я приехал, называю секретарю свою фамилию. А она меня переспрашивает: «Вы к Кирееву?», потому что подумала, что я хочу попасть к заместителю уполномоченного – к тому самому Кирееву, который мне свой паспорт тогда показывал.

– Отец Александр, в те времена священнослужителя могли лишить регистрации, т.е. отстранить от служения, за какое-либо нарушение «законодательства о культах». Кто-то из Ваших собратьев-священнослужителей подвергался такому наказанию?
– Да, один священник протоиерей Григорий Петров (до священства служил во флоте) не побоялся судиться с уполномоченным, которого обличил во взятке, за это он сидел под следствием 3 месяца. Его там остригли, после чего вышел оправданным, но ему более года ни в одной епархии не давали приход. Но потом дали в самой глухой местности.
А одному батюшке дали назначение в Алтуфьево, потому что он жил на улице Лобачевского. Специально так делали, чтобы мучились священники. Другой священник из Сергиева Посада ездил в Каширу – по пять часов дорога занимала. Вот такое было издевательство.

– Отец Александр, в церковной среде хорошо известен Ваш монументальный труд «Епархии и архиереи Русской Православной Церкви». Как Вы стали собирателем такого рода информации?
– Настоятель храма Мученика Иоанна Воина на Якиманке протоиерей Николай Смирнов (скончался 22.09.2015 г.) собирал сведения об архиереях. В 1965-м году впервые вышел церковный календарь с фотографиями всех архиереев, он их вырезал и о каждом печатал на машинке все известные ему биографические сведения. Мы с отцом Николаем тогда вместе служили в храме Адриана и Натальи в Бабушкине. А я делал выписки по истории епархий. Вот он мне свой буклетик и подарил – с него всё началось. Я собирал материал не один десяток лет, и в 1997 году я подал свои рукописи на рассмотрение Святейшему Патриарху Алексию II, на что получил положительную резолюцию – благословение на издание. Но сначала не удавалось найти средства, и только в 2002 году Господь послал спонсора. Потом даже было несколько переизданий.

– Отец Владимир Диваков с большим теплом вспоминает о Рижском митрополите Преосвященном Леониде (Полякове), считая его во многом своим наставником. Что в нём было такого особенного с Вашей точки зрения?
– Я помню его по учёбе в Московской духовной академии. Он делал вид строго человека, но в душе был добрым-добрым. Вот, например, кто-то из учащихся семинарии отпрашивается домой. Владыка Леонид при всех кричит, ругается. Но один глаз прищурит и рукой незаметно благословляет. Звал он нас так: «миленькие мои». Всегда после занятий он гулял по Лавре: справа от него человек пять шло и слева столько же. Добрейший был человек!
Из всех, кто учился со мной в академии, осталось всего три человека: отец Варфоломей (Калугин) – 83 года, отец Серафим (Соколов) – ему будет 89 лет, и ещё один уехал с семьёй в Америку. А из семинарии одноклассников человек семь в живых сейчас.

– Вы также хорошо знали и приснопамятного митрополита Питирима (Нечаева)?
– Да, конечно. Он относился ко мне с большим теплом. Помню, как в 1961 году, когда я иподиаконствовал в Туле у владыки Антония (Кротевича), тот решил передать через меня солидную сумму денег для Московской духовной академии – 55 тысяч советских рублей! Мне велено было передать этот заветный чемоданчик архимандриту Питириму – инспектору. Когда я показал эту посылку отцу Питириму, у того глаза на лоб полезли: «как ты довёз это!». Хотя в поезде приходилось и оставлять этот чемоданчик без присмотра, когда надо было сходить в туалет. Но с Божьей помощью довёз!

– Отец Александр, а почему Вы не стали не священником? Вы не хотели?
– По состоянию здоровья – у меня с детства инвалидность. Потому и не взяли в Московскую семинарию. Зато в Одессе поступил. Внук вот тоже спрашивал отца: по какой стезе ему идти? Он занимался спортом, футболом. И вот, они поехали к отцу Науму в Лавру. Тот и сказал: «зачем тебе футбол? Можешь быть покалеченным. Тебе одна дорога: у тебя дед священнослужитель и отец священник». Поэтому внук стал помогать отцу в алтаре, в хоре поёт и учится в семинарии.
Слава Богу за то, что сподобил меня принять диаконский сан и столько лет прослужить Ему! Слава Богу за всё!

Беседовал диакон Сергий Уваров,
клирик храма Воздвижения Креста Господня
на Чистом Вражке г.Москвы

Download Best WordPress Themes Free Download
Premium WordPress Themes Download
Download WordPress Themes Free
Download Nulled WordPress Themes
udemy free download
download intex firmware
Free Download WordPress Themes
free download udemy paid course
Перейти на полную версию